В ФОКУСЕ — ЗОРКОЕ СЕРДЦЕ

История Инны Владимировны Слесаревой началась в 1990 году, когда после окончания Смоленского медицинского колледжа она по распределению вернулась в Монастырщину

В кабинете офтальмолога всегда царит особый полумрак. Это не тьма, а скорее ожидание того момента, когда туман рассеется, и буквы на знакомой всем с детства таблице Сивцева вновь обретут четкость. Здесь, на стыке оптики и человеческой души, сам воздух пропитан сосредоточенностью и тихой заботой. И главная опора врача в этом тонком деле — медицинская сестра. Она не просто ассистент, это человек, который первой встречает волнующийся взгляд пациента.

История Инны Владимировны Слесаревой началась в 1990 году, когда после окончания Смоленского медицинского колледжа она по распределению вернулась в Монастырщину. На свою малую родину. Туда, где каждый переулок знаком с детства. И вот уже больше тридцати лет медсестра кабинета офтальмологии несет свою вахту в стенах родной поликлиники. Это единственное место в ее профессиональной биографии, но за этими стенами — целая жизнь, сотканная из сотен пациентов, тревог и радостей возвращенного зрения.

— Инна Владимировна, скажите, страшно было начинать, ведь эта сфера деятельности требует выполнения высокоточных манипуляций?

— Мы, вчерашние студентки, пришли из колледжа совсем «зелеными», с общими знаниями из учебников. Честно говоря, я даже анатомию глаза толком не знала! Тамара Матвеевна Судакова, наш доктор, к сожалению, уже покойная, брала меня, 19-летнюю девчонку, буквально за руку и учила всему с нуля. Это она заложила во мне ту самую «ювелирную» базу, за что я ей благодарна по сей день.

ЮВЕЛИРНАЯ ТОЧНОСТЬ

И БЕСКОНТАКТНЫЙ

ПОДХОД

В офтальмологии важна филигранность движений. Ошибка здесь измеряется долями миллиметра, а цена её — драгоценная способность видеть мир.

— Какие процедуры вы проводите, помимо выдачи карт?

— Я проверяю остроту зрения, подбираю очки, измеряю внутриглазное давление. Раньше это был контактный метод, а теперь — более современный, бесконтактный, через веко, что гораздо комфортнее для пациента. Делаю исследования полей зрения, готовлю инструменты для промывания слезных путей. Одно время я работала даже без врача, пять лет приходилось вести полноценный прием самой. Именно тогда я вникла в суть каждого заболевания: глаукомы, катаракты, дистрофии сетчатки…

Но главное для медика, как считает моя собеседница, — это не аппаратура. Главное — первый внимательный взгляд на человека, переступившего порог. Он скажет о многом. Пациенты порой боятся. И именно медсестра должна улыбнуться, успокоить, сказать: «Садитесь, всё будет хорошо».

С 2018 года Инна Владимировна взяла на себя и обязанности медсестры детского прививочного кабинета, но связь с офтальмологией не прервала. Она одинаково находит подход и к капризному малышу, и к строгому дедушке, потому что умеет слушать. А еще   обладает качествами, так необходимыми человеку, носящему белый халат. Как отмечают пациенты, доброта, искреннее желание помогать людям, способность сопереживать —  важнейшие качества Инны Владимировны.

ОТ ЩЕЛЕВОЙ ЛАМПЫ

ДО СОВРЕМЕННЫХ ТЕХНОЛОГИЙ

— Что было раньше и что есть сегодня в вашем арсенале?

— Оснащение кабинета меняется, и это, безусловно, радует. Когда-то у офтальмолога был только один «старый друг» — щелевая лампа для биомикроскопии. Сейчас мы можем больше. Появился гониоскоп, специализированный офтальмологический инструмент, который используется для стереоскопического осмотра угла передней камеры глаза, и специальный магнит для удаления мельчайших металлических осколков. Но знаете, технологии — это лишь инструменты. Самое главное знание, которое я вынесла за эти годы: зрение — это самое ценное, что дано человеку. Ведь 80% информации о мире мы получаем именно через глаза. Потерять слух страшно, но потерять зрение — значит погрузиться в темноту.

— Казалось бы, население округа уменьшается, но очередь в кабинет окулиста не становится короче. Почему так происходит? Кто ваши пациенты сегодня?

— Потому что население стареет. Раньше было много молодежи, которая не обращалась к нам, а сейчас приходит возрастная категория с целым букетом патологий. Ежедневно мы выявляем пациентов и пишем направления в            областную больницу на операции по 3-4 человека в день.

Кстати, пациенты к нам приезжают и из соседних районов — Хиславичей, Починка. Узких специалистов мало, поэтому мы стараемся принять всех, кто ищет ясности.

Нам очень помогает Калужская клиника микрохирургии глаза: приезжает мобильный модуль с медиками раз в месяц. Они забирают наших бабушек и дедушек прямо отсюда, чтобы прооперировать.

СЕКРЕТЫ ЗОРКОСТИ

— Что вы посоветуете своим землякам, чтобы сохранить зоркий взгляд до глубокой старости?

— Во-первых, никогда не занимайтесь самолечением. Это аксиома. А если говорить о профилактике, особенно для детей: никаких телефонов часами! Пусть бегают, играют в мяч. Знаете, мяч — это лучший тренажер аккомодации, когда глаз смотрит то вдаль, то вблизь.

Также обязательно делайте перерывы. Разомните плечи, сделайте простую гимнастику: посмотрите влево-вправо, вверх-вниз. Снимайте напряжение. И помните про синдром сухого глаза —     увлажняющие капли сейчас не роскошь, а необходимость.

— А правда ли, что морковь и черника творят чудеса и помогают сохранить зрение?

— Это миф. Вернее, это поддержка, но не панацея. Витамин С, ягоды черного и темно-фиолетового цвета (черника, голубика, ежевика, темный виноград) полезны, но основное правило — это комплексный подход и регулярная проверка у окулиста. И, увы, как бы мы ни берегли глаза, возраст приходит. Очки рано или поздно наденем все. Это не приговор, это просто новый взгляд на мир.

ТРАГЕДИИ НА МИЛЛИМЕТР

За сухими цифрами статистики всегда стоят человеческие судьбы. Инна Владимировна помнит их с болью.

— Были ли в вашей практике случаи, которые врезались в память навсегда?

— Таких, к сожалению, достаточно. И чаще всего это трагедия по неосторожности и халатности. Помню мужчину, который получил удар в лицо. Его очки разбились, и осколок стекла вошел в роговицу (тогда пластик еще не использовался). Мы извлекли его здесь и направляли пациента в областную больницу, но зрение восстановилось лишь частично.

А вот случай, который до сих пор заставляет сжиматься сердце: три года назад парень ремонтировал трактор в деревне, трос лопнул и хлестнул его прямо по глазу. Молодой, полный сил, он получил увечье и остался инвалидом.

Бывает и такое, что пациенты вредят сами себе. Понятно, что местность  у нас сельская, а работа не ждет. Так решил один мужчина после операции по удалению катаракты и начал поднимать тяжести, проигнорировав рекомендации врача. В результате заработал подвывих хрусталика — всё пришлось переделывать заново.

Женщины, кстати, в этом плане гораздо дисциплинированнее.

ПРОФЕССИЯ КАК ПРИЗВАНИЕ

Чтобы стать профессионалом в    офтальмологии, медсестре необходим обширный багаж знаний. Нужно превосходно разбираться в анатомии и физиологии глаза, уверенно владеть сложной диагностической аппаратурой и понимать суть каждого заболевания.

Но главное, что отличает медсестру глазного кабинета — это колоссальное терпение. Ей ежедневно приходится работать с самыми разными людьми, от маленьких детей до пожилых пациентов, требующих особого, бережного подхода. Внимательно выслушать, закапать капли, подбодрить добрым словом, а порой и научить правилам гигиены зрения — всё это требует огромной душевной отдачи.

— Инна Владимировна, что бы вы пожелали коллегам и самой себе в преддверии Дня медицинского работника?

— Здоровья. Конечно, здоровья! Потому что, как бы мы ни лечили других, самим нам нужны силы и ресурсы, чтобы продолжать делиться теплом и светом. Тем самым, который рождается не в линзах, а в наших сердцах.

Елена Труфанова