ЗНАЕШЬ, КАК ХОЧЕТСЯ ЖИТЬ!
Иван Богачев прошел 16 километров под обстрелами, чтобы вернуться домой
Землянку потряс глухой взрыв. Баба-яга — тяжелый вражеский дрон — пять ночей кружила над позицией и все-таки настигла цель, сбросив противотанковую мину.
…Первое, что он осознал сквозь звенящий гул в ушах, — кромешная тьма. Она заполнила всё: казалось, ее можно потрогать руками, вдохнуть вместо воздуха. Предвидя худшее, Иван хрипло бросил напарнику:
«Посвети фонариком… Я боюсь смотреть». А позже пришла боль.
Земля уходила из-под ног, сознание заволакивало туманом, но где-то на самом дне билась, пульсировала одна-единственная спасительная мысль: «Жить хочется».
Именно это первобытное, яростное желание заставит его потом, истекающего кровью, с раздробленными кистями, идти километры под обстрелами к своим. Эта жажда жизни выковала из него того, кем он стал, — простого, надежного мужика, опору для семьи и верного товарища.
…Боец не оставил свой пост, пока тяжелое ранение не заставило его покинуть позицию. На смену ему пришел Илья из Калуги с позывным Пес.
МУЖСКОЕ РЕШЕНИЕ
…Разговор с Иваном давался мне с трудом. И не потому, что было нечего сказать. Просто каждым своим вопросом я словно невольно касалась оголенного нерва, но продолжала спрашивать не ради праздного любопытства, а из желания понять, как ему удается справиться с этой болью. И не только физической, но и телесной.
Иван немногословен и спокоен, как человек, основательно стоящий на земле. Профессия у него самая созидательная — строитель, но ему однажды пришлось принимать достойное мужское решение, отправившись в зону проведения СВО.
Мы говорили о прошлом, но разговор получился о будущем. О том, какой ценой нам дается мирное небо.
Путь ветерана боевых действий начался не с сиюминутного душевного порыва, а с боли. С боли за чужих детей. Когда в Белгороде жахнули, как он говорит, по детской площадке, где погибли женщины и дети, Иван не смог остаться в стороне.
«Я долго думал, полгода, но решился, — честно признается он. — Не мог иначе. Хотел какую-то пользу принести для своей страны».
И подписал контракт осознанно и добровольно.
ПОЗЫВНОЙ КИТ
Ноябрь 2023-го. Недолгие сборы, прощание с близкими, дорога в неизвестность.
Жизнь распорядилась так, что отправка на службу совпала с днем его рождения. Тридцать пятым. Такая вот грустная шутка судьбы.
Он подошел к сопровождающему офицеру: «Я понимаю, куда мы едем… У меня сегодня день рождения. Можно взять с собой выпить?» Разрешил: хорошо, бери, только аккуратно себя ведите. Но никто из сослуживцев к Ивану не присоединился. Так он и сидел один в конце автобуса, отмечая свой личный юбилей.
А новый, 2024-й год уже отмечал в землянке.
Богачев воевал в закрепах, «на передке». Был стрелком-помощником гранатометчика в группе быстрого реагирования, так называемой ГБР, куда входили 10 человек, в любой момент готовые отбить атаки врага.
Там нет имен, только позывные. Иван сменил свое на Кит. Почему?
«Когда нам сказали позывные выбирать, либо сами выберут, я не мог ничего придумать. Потом вспомнил, как капитан сказал, что я один, как кит в море. А на войне позывные должны быть короткими, чтобы по рации было проще общаться», — объясняет он.
ПРОТИВОСТОЯНИЕ
На вопрос о том, что самое страшное на войне, Иван отвечает тихо, но твердо: «Самое страшное — это смерть товарищей. Когда на твоих глазах умирают друзья, а ты ничем не можешь помочь. Это было часто. Очень часто».
Он рассказал о Юрии с позывным Хорь, успевшим стать хорошим другом. Они заходили на задание втроем. Юрий погиб первым. Посмертно его наградили орденом Мужества. Но даже после гибели мужа жена Юрия продолжала слать Ивану посылки.
«Я и сейчас хорошо общаюсь с его семьей», — говорит Иван, и в его голосе столько благодарности и боли.
Богачев дважды был ранен. Первое ранение в ногу и плечо произошло во время выхода с передовой, когда нужно было забрать бойца («джипера»), знавшего расположение погибших товарищей.
По открытому полю бежала группа солдат, когда их настиг дрон-камикадзе.
«Меня привезли в Краснореченск, сделали снимки и обнаружили, что я получил несколько осколочных ранений. Наш медик с позывным Март достал их частично: было очень больно, и другие остались в теле», — делится он.
Немного подлечившись, Иван Александрович поехал в отпуск. Дома он оказался как раз в День любви, семьи и верности. Это стало лучшим подарком для супруги. Они и не подозревали, что эта встреча едва не станет последней…
«…ТОТ НИЧЕГО НЕ ЗНАЕТ О ВОЙНЕ»
Уже на следующий день после отпуска его отправили на передовую. Больше месяца боец просидел на позиции, еду ему скидывали с «птички». А родственники, потеряв связь с солдатом, искали его через военкоматы, боясь поверить, что он пропал без вести.
«Жена нашла мой старый телефон и с трудом связалась с командиром подразделения в зоне СВО. В военкоматах ей ничего определенного не отвечали, но когда она назвала номер моего жетона, командир подтвердил, что он значится действующим. Так у них появилась надежда», — говорит Иван.
Здесь, под Макеевкой он получил второе ранение.
«Осколки посекли мне пальцы на руках. Парни на позиции кое-как перебинтовали меня, и уже ближе к вечеру я с трудом отполз примерно на километр. Добрался до своих ребят. Они сделали мне обезболивающие уколы, и я остался у них ночевать.
Утром двинулся дальше. Меня спросили, сколько я выбирался. Я ответил: «Около полутора суток». От переднего края до тыловых позиций — восемь километров, и от тылов до медсанбата — еще столько же. Всего пришлось пройти 16 километров.
В тылу мне дали сопровождающего медика, и мы пешком дошли до медбата. Там рану разбинтовали, осмотрели руки и вызвали машину. Сначала меня отвезли в Краснореченск, затем в Старобельск, а оттуда началась долгая дорога по госпиталям.
В эвакуационном пункте Старобельска я пробыл сутки, в Красной Поляне — тоже сутки. Ехали долго, нас везли на пазиках, ночевали в дороге. А первого декабря я уже прибыл в госпиталь Воронежа. Оттуда наконец-то домой», — в его голосе нет бравады. Есть усталая правда солдата.
И все же, что помогает выжить там, где смерть становится обыденностью? Вспоминая свой путь под огнем, Иван отвечает кратко и честно: «Жить хотелось. Никто не придет за тобой. Надеяться можно только на себя. И на друзей, конечно».
Враг — это не только противник с другой стороны окопов, но и слабость внутри тебя самого. Иван победил и того, и другого. Он не дал себе упасть.
Мы часто слышим слова о героизме, но редко задумываемся о его цене. Он, как никто другой, знает, что такое страх. Иван Александрович не стал геройствовать, отрицая очевидное: «Кто говорит, что на войне не страшно, тот ничего не знает о войне. На войне всегда страшно. Не только нам, всем страшно. Никто не хочет умирать. Это правда».
ВОЗВРАЩЕНИЕ
После второго ранения он был признан ограниченно годным к военной службе и уволен в запас.
Сегодня Иван Богачев работает в одном из охранных предприятий города Смоленска. Говорит, что руки мерзнут и болят, особенно зимой. На левой осталось два пальца, на правой — три, но и те плохо слушаются из-за перебитых нервов. Однако Иван не считает свои ранения тяжелыми.
Война осталась с ним. Бывает, снится по ночам.
К мирной жизни тяжело привыкать. Где-то стрельнет двигатель машины, и он вздрагивает. Поначалу было очень странно, казалось, что люди иногда не понимают, ради чего всё это было.
Он вспоминает случай в поликлинике, когда какая-то женщина подняла крик, мол, почему ветеранам боевых действий можно проходить без очереди.
«Я просто всегда думал: пацаны там каждый день гибнут, чтобы здесь все спали мирно. А люди не понимают», — качает он головой.
Поэтому о себе он рассказывает скромно. Позади тяжелые испытания, но в глазах — необычайная простота и надежность. За ним — какая-то спокойная сила.
Он не потерялся в новом мире, не ожесточился. Он пошел учиться на охранника, купил квартиру, помогает друзьям, помнит погибших.
ЗА НЕЕ ТАК МНОГО ЗАПЛАЧЕНО…
В торжественной обстановке глава Монастырщинского округа Виктор Титов и военный комиссар капитан Сергей Ловчев вручили Ивану Александровичу Богачеву медаль «За храбрость» II степени. Высокой награды он удостоен за проявленные стойкость и решительность, за верность военной присяге. «За то, что друзей не бросал», — добавляет ветеран.
Но настоящая награда, которой гордится его семья — это он сам. Живой и стойкий. Для своей жены, которая ждала и искала его, когда он пропал без вести, он — герой. Для сестры — брат-защитник. Для погибшего друга Юрия — товарищ, который не забыл и продолжает общаться с его родными.
Сегодня он строит свое будущее и мирную жизнь, но при этом никогда не забывает, чем за нее заплачено.
Мы гордимся нашим земляком. Желаем ему крепкого здоровья, благополучия и мирного неба над головой. И пусть та боль, что осталась в прошлом, постепенно утихает. Ради этого он и воевал.
Елена Труфанова
